Популярная минская кофейня LЁN недавно запретила посетителям работать на ноутбуках и планшетах за столиком. С тех пор идет дискуссия: работать из заведений общепита — ок или моветон. И сколько денег стоит оставлять в заведении, чтобы точно ок. Devby.io собрал мнения беларусов-удаленщиков по этому вопросу.
.NET-разработчик Олег (имена изменены) в недавнем прошлом сам был владельцем кофейни. Он говорит, что может понять экс-коллег — те стремятся увеличить выручку, но решение не пускать в заведение клиентов с ноутбуками и планшетами все же считает дискриминацией:
— Иногда айтишник ведет себя тише, чем болтливые подружки. Да и целая компания людей может заказать на меньшую сумму (из расчета на одного) — а сидеть полдня.
Можно ли найти компромисс — говорит, да: «Математика простая: посчитать, сколько в среднем тратит за час в кофейне человек без компьютера (в каждой кофейне сумма своя), и умножить на время. Например, средний чек вышел 10 рублей/час — тогда, если условный айтишник потратит 30 рублей, пусть сидит 3 часа».
— Но реализовать на практике сложно: вы можете представить, чтобы работники кофейни засекали время и проверяли, кто сколько сидит, — это же бред!
Алиса — UX/UI-дизайнер, по совету своего психолога иногда работает в кофейнях:
— С переходом на удаленку мой круг общения резко сузился. Психолог посоветовала время от времени менять обстановку — и работать где-то в городе, среди людей.
Что я могу сказать: работа из кофейни для меня не работа — мне сложно сосредоточиваться в публичных местах. Поэтому я прихожу с утра, когда посетителей мало, делаю несложные задачи, ну и по времени сижу час-полтора — не больше. Беру кофе с пирожным или круассан — в среднем на 15−20 рублей.
Бывает, вне работы мы встречаемся в кафе с подружками. Можем заказать по салатику и большую пиццу на всех плюс чайничек чая — и сидеть болтать несколько часов. Из расчета на час времени наш общий чек выходит даже меньше, чем мой «рабочий». И что, далее стоит запретить приходить в заведения женщинам по трое-четверо?
Тестировщик Игорь много путешествует: «зимует» на Бали, а летом ездит по Европе. Он говорит, что старается работать в коворкингах, а кафе — это всегда крайний вариант.
В свою первую поездку на Бали он даже выкупил место в коворкинге заранее — а потом понял, что поторопился. Уже на месте молодой человек сменил один дом на другой (хозяин был тот же), в котором, в отличие от первого, были все условия для работы.
Игорь говорит, если он все же работает в кофейне, то берет полноценный обед и не скупится на чаевые (15% может оставить).
— И я понимаю, почему у «Льна» возникла проблема, которую пытаются решить запретами на ноутбуки и планшеты: сам пару раз заходил туда с друзьями — и не находил места. При этом людей с ноутбуками за столиками видел, и их было немало.
Что до необычных мест, где еще приходилось работать Игорю, — это и аэропорты, и самолеты, пробовал работать на пляже, но быстро понял: «шезлонг — худшее „кресло“, которое можно придумать, для работы. Уж лучше устроиться за столиком на террасе с видом на море».
Фронтенд-разработчица Елена удаленно работает четвертый год, стабильно дважды в неделю она проводит день в кофейне:
— Работая в кафе, я видела сессии с психологом без наушников на все заведение, многочисленные встречи дизайнеров/строителей/бухгалтеров и свадебных организаторов, прямые трансляции блогеров. Люди часто используют кафе как офис — и делают совсем небольшие заказы.
Я считаю, что имею право занять только маленький стол (на двоих), и если я сижу больше часа-двух — беру два комплекта еды: например, завтрак с кофе и небольшой обед. Но я вижу, как многие люди садятся за большой стол с одним только кофе на полдня.
Что касается решения кофейни LЁN запретить ноутбуки и планшеты у себя в заведении, то я считаю, что оно имеет место быть. Разве что сама я на их месте не полностью ограничила бы вход с компьютерами, а выделила для таких посетителей отдельную зону (у них есть такая возможность). Вот в «Маяке Минска» на днях открылась кофейня именно с такой политикой.
И кстати, в соцсетях LЁN я читала радостные комменты эсэмэмщиков о том, что они как раз продолжат работать там — с телефонов.
Елена рассказала также, что у нее есть опыт работы не только в кофейнях — но из бассейна и спа.
— Приходилось брать комп с собой, когда горела задача и нужно было что-то пофиксить или находило тестирование — а поход в спа уже был запланирован заранее.
А еще девушка рано вернулась к работе после родов — ее малышу было на тот момент два месяца, так что часто она кормила ребенка во время звонков, чтобы тот не плакал и не мешал занятой маме, и во время работы. «Но кормила так только дома», — добавляет Елена.
Читайте также на devby.io:
«Некуда бежать с детьми». Жена айтишника рассказывает про трудности миграции
«Будет знать, откуда родом». Вернулись в Беларусь рожать — три истории
Въезд в Польшу с визой PBH ужесточили. Вот какие документы нужны