Несколько дней назад стало известно, что Лукашенко принял решение призывать священников в армию. Инициатива «Хрысціянская візія» писала, что митрополит Вениамин рассылает в епархии БПЦ письма с разъяснениями, в которых просит найти замену для тех молодых священников, кто может попасть под призыв в этом году. Поскольку духовенству по церковным правилам нельзя брать в руки оружие, а института капелланов у нас нет, священников решили забирать в транспортные войска — проще говоря, в стройбат. Затем была странная история с ксендзом из Новогрудка, которого сначала призвали в армию и даже довезли до распределительного пункта в Гродно, но в последний момент почему-то отпустили домой. Есть ли связь между этими тремя сюжетами? Если да, то какая? И при чем тут Лукашенко? Разбирался священник Александр Кухта.
Александр Кухта
Белорусский православный священник, автор YouTube-канала «Batushka ответит».
Полтора года назад уехал из Беларуси из-за опасности преследования в связи с гражданской позицией. Перешел под юрисдикцию Вселенского патриархата, так как по соображениям совести не мог продолжать находиться в юрисдикции Московского патриархата.
Одна из точек конфликта, которая всегда возникает в отношениях между церковью и государством, — это вопрос о насилии. Потому что христианство — оно про свободу, про «подставь другую щеку» и «не убий». А государство любит «порядочек», двигает свои интересы и машет дубинкой. Иногда ядерной. И если в мирное время на это противоречие обычно закрывают глаза, то, когда случается война, проблема совместимости христианства и насилия встает в полный рост, и каждый раз ее решают по-разному. Где-то христиан оставляют в покое, а где-то Библию извращают до степени «Убивайте всех! Господь узнает своих» (по легенде эту фразу произнес командующий армией крестоносцев во время штурма французского города, в котором держали оборону альбигойцы).
В современном мире все так же нет единого подхода для решения этой дилеммы. Многие государства вводят контрактную армию, а вопрос о христианском (не)насилии оставляют на выбор тех, кто идет на службу. В других странах делают нормальную альтернативу, если человек не хочет брать в руки оружие. А где-то применяется принцип «dura Lex, sed Lex» (закон суров, но это закон. — Прим. ред.), когда автоматы раздают всем без исключения годным к службе.
Но у Беларуси особый путь. У нас действует принцип договорняка, когда религиозным организациям (православные и католики как минимум, насчет остальных я не уверен) предлагают составлять списки молодых священников и студентов семинарий, которые потом подписывает лично Лукашенко. Дескать, этих не трогать. И так каждый год.
Такая схема — хочу, даю отсрочку от армии, а хочу, не даю — удобна для государства, потому что это еще один рычаг давления на религию. Если что, можно призвать всех. И нет никаких правил. Но похоже, что после 2020 года власть решила пересмотреть свой подход и взять церкви под бóльший контроль.
В Беларуси существует такое понятие, как политпризывники. Это как политзаключенные, только вместо Володарки и Окрестина молодых парней отправляют в армию. На перевоспитание. Известный пример — Франак Вячорка. Сейчас он один из ближайших помощников Тихановской, а 15 лет назад его отчислили из университета за активизм и, несмотря на проблемы со здоровьем, забрали в солдаты. Про это позже был снят фильм «Жыве Беларусь». Еще пример — протестантский пастор, а в прошлом руководитель одной из ячеек «Молодого Фронта», Змитер Хведарук, которого тоже в свое время перевоспитывали в железнодорожных войсках.
А что такое церковь? Это пространство свободы. Во всех храмах каждое воскресенье на службе священник проповедует и зачастую говорит вещи, которые очень не нравятся государству. И что с такими делать? Сажать в тюрьму не вариант — у власти и так мало союзников, чтобы ссориться еще и с церковью. Но вот если над каждым горячим проповедником повесить армейский дамоклов меч, тем более, что технология уже отработана на политпризывниках, то глядишь, священники и сами поутихнут. А кто не понял, того перевоспитает армия, ведь это известный метод: хочешь изменить человека, выдерни его из привычной среды и сломай.
Я просто хочу сказать, что мы снова возвращаемся к старому разговору о том, что формула «церковь вне политики» не работает. Потому что если ты находишься в обществе, если у тебя есть миссия (говорить о Любви и Правде), если у тебя есть принципы (не убий) и внутренние правила (священнику нельзя брать в руки оружие), то ты неизбежно будешь сталкиваться с давлением внешнего мира. И если каждый раз между войной за отстаивание своих границ и позором ты будешь выбирать второе, то в конечном итоге ты получишь и то, и другое — и войну, и позор.
В тот день, когда я писал этот текст, пришла новость, что в Беларуси задержали сразу трех священников — двух католических и одного униатского. Похоже, что власть всерьез озаботилась вопросом, чтобы окончательно добить религию в нашей стране и сделать из нее идеологический костыль для своей легитимности.
Дальше выбор за нами.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
Читайте также
