Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. В Минске местами снимают рекламу казино. Недавно Лукашенко как раз говорил про «крути гуся»
  2. Пропавшую беременную минчанку нашли убитой
  3. «Мы очень даже живы». Защитница Тихановского и Бабарико — о приговоре своему коллеге и будущем адвокатуры в Беларуси
  4. Лукашенко предлагал женщинам «родить трех малышей и требовать что угодно». Минчанка родила тройню и попросила квартиру
  5. «Шокирован, если честно». Отец пятиклассницы пожаловался в TikTok на задачи по математике, а на следующий день его уволили
  6. «Один шанс на 200 миллионов». ГосТВ рассказало о маме тройняшек, попросившей у Лукашенко жилье, — но кое о чем забыло упомянуть
  7. «Хренин призвал». Лукашенко заявил, что его младший сын служит в армии
  8. Беларуска более трех месяцев стоит в «новой» очереди на польскую визу — поговорили с ней. Выводы экспертов тоже не радуют
  9. Семейные связи и хорошие должности. Где работают родственники невестки Лукашенко
  10. Российский блогер-боксер избил минчанина на Зыбицкой до комы, а после посчитал приговор суда незаконным
  11. МВД хочет взять под контроль домофоны
  12. Лукашенко: «Выиграть конфликт с расположенными по периметру государствами мы не можем»


/

Многие убеждены: если по-настоящему любишь — посторонние люди просто не привлекают. Однако израильский философ, экс-президент Хайфского университета Аарон Бен-Зеэв с этим не согласен. Для Psychology Today он объяснил, почему романтическое влечение к кому-то вне пары — явление почти универсальное, а вот измена — нет.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / Bethany Ferr
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / Bethany Ferr

Бен-Зеэв разграничивает два понятия, которые люди нередко путают: соблазн (само искушение) и неверность (акт измены). Первое — это эмоциональная реакция, которая возникает сама по себе, без нашего согласия. А вот второе — осознанное поведение. Смешивать их, считает философ, примерно то же самое, что путать злость с агрессией: одно — чувство, другое — поступок.

По наблюдениям Бен-Зеэва, романтическое влечение бывает двух видов: сексуальное (когда привлекает внешность или новизна) и эмоциональное (когда с кем-то посторонним вдруг оказывается неожиданно легко и понятно). Причем последнее, хотя о нем говорят реже, может быть не менее сильным, чем сексуальное искушение.

Социальные сети, добавляет философ, сделали куда доступнее оба вида.

Почему вообще возможность испытывать соблазн остается с людьми, которые счастливы в паре? Философ объясняет это эволюционной логикой: наша эмоциональная система заточена реагировать на новое и непривычное, а не на стабильное. Особенно это касается сексуального влечения — оно особенно чутко отзывается на новизну. Привязанность к партнеру или партнерше этот механизм не отключает.

Многие женщины, обсуждавшие тему на форуме Reddit, подтверждают: влечение к кому-то постороннему у них вполне совместимо с глубокой любовью.

● «Иногда замечаешь кого-то или чувствуешь искру — даже когда счастлива с партнером».

● «У меня бывали увлечения, и я знаю, что у мужа тоже. Но действовать, согласно им, — никогда. Влюбленность не выключает притяжение, она просто меняет то, что ты с ним делаешь».

● «Мы в браке, а не в могиле. Это становится проблемой, только если начинаешь что-то предпринимать».

● «Семнадцать лет вместе, пара увлечений была. Но любовь — это каждый день выбирать партнера, даже когда это нелегко».

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: freepik.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: freepik.com

Предотвратить, а не побороть

Бен-Зеэв ссылается на исследования, которые показывают: люди в крепких парах часто неосознанно защищают свои отношения — воспринимают потенциально привлекательных людей вокруг чуть менее привлекательными, переключают внимание, глубже вкладываются в отношения с партнером или партнершей. Это происходит почти автоматически.

При этом те, у кого хорошо развит самоконтроль, реже оказываются в ситуациях, где влечение вообще успевает усилиться, — они заранее их избегают. Иными словами, устойчивые отношения держатся не на героическом подавлении желаний, а на повседневных, почти незаметных решениях.

Главная мысль философа: противоположность любви — не соблазн, а безразличие. И соблазн, и любовь тянут нас к людям — просто по-разному. Так что прочность пары определяется не тем, испытывают ли партнер и партнерша влечение к кому-то еще, а тем, что они раз за разом выбирают друг друга.